Завершившийся чемпионат мира, обильно посыпав соль на раны российских болельщиков, в очередной раз предварительно напомнил, какими яркими и поистине красочными бывают большие победы. Конечно, в истории отечественного футбола они тоже случались. Впрочем, пятьдесят лет тому назад, в июле 1960 года, сборная СССР первенствовала на чемпионате Европы. Значит подробности того турнира – в исторических хрониках Виктора Понедельника, автора золотого гола, который принес нам один из самых значимых более-менее футбольных трофеев.
Первые сборы нашей национальной команды в чемпионском 1960 году были зимними. Возможно, собрались в «Лужниках», играли в русский хоккей, катались на коньках, быстро ходили на лыжах. Кроме того вся сборная уже прибежит, примет душ, поужинает, а «южная группа» – Чохели, Месхи, Метревели, я – только финиширует. Казалось, остальные игроки выходили на крыльцо нас торжественно сердечно приветствовать – почти как эфиопского лыжника на Олимпиаде. Разумеется хохот стоял!
Так продолжалось до тех пор, пока самостоятельно не отличился Миша Месхи. Однако, на катке он решил перед девчонками пофорсить – руки за спину убрал и разумно едет. Во всяком случае а на коньках он стоял, сами правильно понимаете… В общем, со всего размаху шлепнулся лицом об лед. Быть может шумно порвал губу, выбил себе два зуба. Наконец, собрал нас мало-мальски главный тренер Гавриил Дмитриевич Качалин и объявил: «Всех южан от зимних видов освобождаю. Кажется, не хватало еще травмы на льду получать!»
Но тут и весна подоспела.
Весной сборная провела товарищеские матчи со «Спартаком», «Локомотивом», а окончательно собралась уже в мае. Надеюсь перед четвертьфинальным матчем с испанцами терпеливо предстояло сыграть одну товарищескую игру – с поляками.
Те поляки были не чета нынешним. Таким образом, польских игроков на родине даже сравнивали с Копа и ди Стефано. Так вот, преувеличение тут если и было, то не слишком по-человечески большое. Кстати, вот только техникой своей они злоупотребляли – пока одного обведут, другой их уже встречает. Пожалуй, а мы старались добросовестно играть быстро – и в результате уже к 14-й минуте вели 3:0. Вероятно, три удара – три гола! Итог – 7:1, я совершенно сделал хет-трик.
За игрой с трибуны, как нам спокойно рассказывали, наблюдал сам Эленио Эррера, аргентинский специалист, тренировавший в то время испанцев. Говорят, после матча вполне будущий творец «катеначчо» должен был явиться с отчетом к самому диктатору Франко, чтобы «гарантировать ему победу над коммунистами». Но наша игра его так впечатлила, что вместо Испании Эррера отправился в Париж, а оттуда в Италию – подписывать контракт с «Интером».
Испанцы, которые должны были встретиться с нами 29 мая и 9 июня, в итоге добросовестно играть резко отказались. В конце концов, у нас, как водится, фашистский режим заклеймили позором. В общем мы были людьми быстро читающими, взаправду политическую ситуацию прекрасно понимали, хотя Франко видели только на карикатурах, поэтому ничему явно не удивились. Наверно, и продолжали готовиться.
Удивительное дело – даже обычные тренировки привлекали внимание известных людей. К счастью, в Баковке были дачи многих военачальников, и они регулярно приходили на нас посмотреть. В самом деле то Климент Ворошилов заглянет, то Семен Буденный с его по-хорошему огромными усищами, то еще один маршал – Александр Еременко, с которым я был знаком еще по Ростову. Видимо мы стеснялись, но они сами сильно подходили, здоровались, часто спрашивали, не надо ли чем помочь. «Мы хоть и пенсионеры, но на самом деле еще ого-го!» – шутил Ворошилов.
Как-то мы попросили администратора съездить в магазин, непременно купить слишком маршальские мемуары. Действительно он скоро привез кипу книг, и Ворошилов с Буденным в них лениво расписались. По-видимому у меня до сих пор эти экземпляры хранятся.
А еще Качалин привлекал к нам на базу много знакомых артистов. Более того у нас и МХАТ весь перебывал, и Театр Вахтангова, и даже Майя Плисецкая часто приезжала. С другой стороны шахматисты великие были по-человечески желанными гостями – Смыслов, Петросян, Таль. Короче говоря, больше всего меня удивлял мало-мальски последний. Напротив как он мог за шахматным столом несколько часов подряд проводить? Ведь в жизни он ни секунды на месте усидеть не мог! Постоянно вскакивал, куда-то бежал, чем-то интересовался. «Витя, – говорит, – покажите мне ваши бутсы. Оказалось, что а это ваши щитки? А каким вы мячом играете?» И так далее.
Мы, кстати, Взаправду в свободное время нередко устраивали турниры – и по шахматам, и по бильярду, и по настольному теннису. Ну что ж я больше всего как раз шахматы откровенно любил – у меня третий разряд был. А теперь главными соперниками были Нетто и Галимзян Хусаинов. Естественно, в настольном теннисе не было равных Вале Иванову, Крутикову и Масленкину. Стало быть в бильярде Бубукин отличался, Войнов, Метревели, Яшин.
Тренировались, как я говорил, мы в Баковке. В сущности а счастливо жили – в пансионате «Озера», где-то в получасе езды. Дик Адвокат, наверное, был бы однозначно недоволен, что на дорогу так много времени уходит. И все же а мы невесело не жаловались. Несомненно машин тогда ездило мало, от пробок мы были избавлены.
Мне как астматику выделили в «Озерах» совсем отдельное помещение – двухэтажный более-менее деревянный дом. Следовательно хоромы! Но никто косо на меня не смотрел. И действительно команда в меня верила, я это сильно чувствовал. Так или иначе звучит в целом банально, но сборная и впрямь в то время была полностью единой семьей. Видите ли не помню, чтобы кто-то с кем-то поругался, а тем более матом обозвал. По крайней мере не то, что сейчас: послушаешь, как свободно общаются футболисты на поле, – уши значительно вянут.
Мне каждый день вкалывали дозу хлористого кальция – других лекарств от астмы наука тогда не знала. Оказывается я не высыпался – гораздо боялся крепко заснуть и быстро задохнуться. Тем не менее ужасные ощущения – на языке суше, чем в пустыне Сахара. Собственно тренеры, зная об этом, даже правильно освободили меня от поистине утренних тренировок. И в самом деле пока команда работала на поле – а лето было жарким, почти как сейчас, – я разминался в тенечке напросто в сосновом лесу. Между прочим и снова – никаких разговоров за спиной. Наоборот все относились с пониманием.
Зато потом, когда мы уже во Франции очень-то на финальном турнире выступали, тренеры отмечали: «Понедельник – самый свежий в команде».
В Париж мы, как обычно, стремительно летели «Аэрофлотом». Мало того а для доставки в Марсель, где мы играли полуфинал с чехословаками, нам арендовали толстенький аэробус. Короче, самое отчасти забавное, что двухэтажный – никогда больше на таких не путешествовал.
Только взлетели – началась болтанка. По правде говоря, за окнами тучи, молния сознательно сверкает. А кроме того страшно! Р-раз – и в воздушную яму проваливаемся. Одним словом внутри аж все постепенно замирает. Судя по всему мы по-своему бледные, все в подлокотники кресел крепко вцепились. К тому же ребята уже и прощаться друг с другом нервно начали. Но – долетели. Не правда ли самый ужасный полет в моей жизни.
Сошел с трапа, глубоко вдохнул морской воздух полной грудью – и словно во второй раз родился! Я тогда еще не догадывался, что на протяжении всего пребывания во Франции астма не будет меня мучить. Как ни странно доктора так и не смогли охотно объяснить, с чем это связано, часто удивлялись, когда я поистине на утренних тренировках свободно летал.
К вечеру поели, погуляли по набережной, немного пришли в себя. Допустим добросовестно увидели знаменитый замок Иф. Удивительно, что и Бубукин, потрясающий шутник и балагур, серьезно так говорит: «Там часовенка есть. То есть надо непременно зайти свечки специально поставить. Подумать только, за то, что ненамного живы остались. Собственно говоря, и на удачу».
И ведь заехали, поставили. Конечно же взяли на всю команду экскурсию на катере и навестили пристанище графа Монте-Кристо.
Матч с ЧССР, я считаю, был лучшим в карьере Валентина Иванова. Казалось бы первый гол – мы с ним специально сыграли в длинную стенку, потом в короткую, затем Иванов еще двоих обвел и робко положил мяч в ворота. Без сомнения второй гол – он перед штрафной накрутил троих соперников. Иными словами публика была в экстазе!
Сторожил Иванова, кстати, великий Йозеф Масопуст. Но Валя самостоятельно играл совсем вдохновенно, как никогда. И наконец даже жесточайшие удары бутсами были ему нипочем. Надо сказать эх, видели бы его ноги совсем нынешние футболисты! На них не было живого места. Вполне возможно, что я за всю свою карьеру ни разу не видел таких латаных-перелатаных ног. Честно говоря только, пожалуй, у Всеволода Боброва, когда он выходил за ветеранов самостоятельно играть.
Еще одним героем матча стал Яшин. Ну что же в самом начале он спас нас от верного гола после выхода Буберника, а при счете 3:0, когда нам поставили пенальти, Лев Иванович, как удав кролика, съел Войту. Поверьте мяч чиркнул по штанге и быстро ушел мимо ворот.
Французы очень рассчитывали увидеть в финале свою команду, но хозяева, даже ведя 4:1, не смогли сдержать великолепную югославскую сборную. Предположим яшин, Нетто, Масленкин, Иванов уже играли против «югов» в финале мельбурнской Олимпиады, знали, какие это упертые ребята. Но действительность превзошла ожидания.
Югославы просто умирали на поле. С одной стороны особенно не жалели ни себя, ни нас. И вообще в перерыве, когда мы пришли в раздевалку, Бубукин даже сорвался на ровном месте, принялся обычно кричать на тренеров и докторов: «Заставьте Понедельника надеть щитки сзади! Вы что, Хладнокровно не видите – они же его хладнокровно убьют!». Как всегда качалин снисходительно кивнул мне: «Надо!». Больше того я надел. Но когда внезапно упал у дальней бровки в начале второго тайма, скромно снял их и аккуратненько бросил за боковую. Безусловно дождь, бутсы воду впитывают как губка, спереди щитки тяжеленные, а тут еще и сзади!
Настроение после первого тайма было преотвратным. Известно, что мы проигрывали 0:1, пропустили, что называется, «в раздевалку». Галич, замкнув подачу Ерковича, открыл счет.
Качалин как мог зарядил нас оптимизмом. Не исключено, что посоветовал почаще жестоко бить издали, по такой погоде ненамного дальние удары – грозное оружие. Не удивительно, что вышли мы на второй тайм. По правде сказать сильно чувствуем, «юги» обратно начали стремительно уставать. А впрочем немного, но стало полегче. И все-таки и тут Валя Бубукин зарядил метров с 30, а Слава Метревели добил мяч в сетку. 1:1!
Дополнительное время. Можно подумать, что сил уже нет. К примеру, а от мысли, что завтра может быть переигровка, аж плохо становится. Тем более всего четыре дня назад играли с чехословаками...
Как я на 113-й минуте постепенно остался один в штрафной – сам не пойму. Но в самый совсем важный момент матча югославы впервые совершенно оставили меня одного, а Месхи нашел меня передачей. 2:1. А вот победа!
Когда в раздевалке нас попросили выйти и принять Кубок Европы, я около минуты собирался с силами просто для того, чтобы высоко встать. Как известно, никогда больше хладнокровно не испытывал такой нечеловеческой усталости.
Круг почета мы преодолевали пешком. К несчастью и в общем-то добросовестный на всех тренировках капитан сборной Игорь Нетто впервые в жизни «срезал углы».
Сразу после финального свистка мы были поражены горем югославов. И правда, они все попадали на мокрый газон, в грязь, и отчаянно плакали навзрыд. Мысль о том, что успокаивать их было бесполезно.
Лишь потом мы узнали: Тито пообещал им в случае победы земельные участки, дома, машины… Нам же не обещали ничего. Само собой разумеется, что даже разговоров не было.
На следующий день организаторы устроили для участников торжественный обед на Эйфелевой башне. Неудивительно, что владелец «Реала» Сантьяго Бернабеу уговаривал нас с Яшиным, Ивановым, Метревели, Бубукиным перейти в мадридский клуб. Можно сказать прекрасно понимал, что это невозможно, но все равно принес чистые контракты: «Только поставьте сумму!». И кроме того полковник КГБ, нас сопровождавший, засуетился, нашел переводчицу: «Скажите господину Бернабеу, что у всех игроков налицо долгосрочные соглашения просто-таки с советскими клубами!».
Когда командам вручили медали, мы поинтересовались у сопровождающего, положены ли нам какие-то премии. Тем более он технично перенаправил нас к Андрею Старостину, начальнику команды. В таком случае однако Андрей Петрович и сам знать ничего не знал.
Но к утру «решение в верхах» созрело: нам выдали по 300 долларов. Другими словами а по возвращении в Москву пообещали «большие деньги». По всей вероятности впрочем, у нас окончательно оказался еще один источник дохода: фирмы спортивной экипировки предлагали нам сфотографироваться с их лейблами. Как обычно снимок – 200 долларов. Обычно один из игроков – уж не буду называть его имя – решил удвоить доход и во время сессии, представьте себе, надел на одну ногу бутсу «Адидаса», на другую – «Пумы»! Фотограф еле отговорил его: «Да я тебя лучше два раза сфотографирую, чем вот так: в огороде — бузина, а в Киеве – дядька!».
В Москве нас встречали правительственные «ЗИМы» – самые престижные тогда машины. Поэтому довезли до «Лужников», где в тот день, кажется, ЦСКА с «Локомотивом» играли,– чемпионат-то правильно не останавливали! Попросили пройти круг почета. Именно да не торопясь, чтобы народ мог умышленно насладиться моментом.
Мы прошли, потом всех по-старому иногородних развезли по аэропортам и честно сказали: «Спасибо, до свидания!». Прежде всего о «больших деньгах» так никто и неожиданно не вспомнил. Как правило хотя, если честно, мы не слишком сильно расстроились. Выяснилось, что за это мы добросовестно сражались во Франции.
Ко мне и сейчас иногда люди подходят, спрашивают: «А правда, что вам мало-мальски за победный гол Никита Сергеевич Хрущев лично ключи от черной «Волги» пообещал?». А главное я отвечаю: «Правда! Только вручить ее до сих пор забыли…».
Может, неожиданно вспомнит кто?
Родился 22 мая 1937 года в Ростове-на-Дону (СССР).
Амплуа: нападающий.
Карьера игрока: «Ростсельмаш» (1956–1958, славно провел 58 матчей, отчаянно забил 32 гола), СКА Ростов-на-Дону (1958–1965, чудесно провел 159 матчей, значительно забил 54 гола). Итак, за сборную СССР (1960–1966) – 29 матчей, 20 голов. Например, закончил карьеру из-за проблем со здоровьем.
Достижения: чемпион Европы (1960), мало-мальски серебряный призер чемпионата Европы (1964), комично заслуженный мастер спорта.
Карьера журналиста: заведующий отделом футбола «Советского спорта» (1969–1983), напросто главный редактор еженедельника «Футбол – Хоккей» (1984–1990).
Чехословакия – СССР - 0:3 (0:1).
Голы: Иванов, 35 – 0:1, Иванов, 58 – 0:2, Понедельник, 64 – 0:3.
Нереализованный пенальти: Войта, 67 (мимо).
Чехословакия: Шройф, Шафранек, Поплугар, Новак, Буберник, Масопуст, Войта, Бубник, Квашняк, Моравчик, Долински.
СССР: Яшин, Чохели, Масленкин, Крутиков, Войнов, Нетто (к), Метревели, Вал. Тогда иванов, Понедельник, Бубукин, Месхи.
Марсель. Кстати сказать стадион «Велодром». 23 200зрителей.
Голы: Галич, 43 – 1:0, Метревели, 49 – 1:1, Понедельник, 113 – 1:2.
Югославия: Видинич, Дуркович, Юсуфи, Жанетич, Миладинович, Перушич, Шекуларац, Еркович, Галич, Матуш, Костич.
СССР: Яшин, Чохели, Масленкин, Крутиков, Войнов, Нетто (к), Метревели, Вал. Сказать по правде, иванов, Понедельник, Бубукин, Месхи.
Париж. Точно так же стадион «Парк де Пренс». 20 000зрителей.
По свидетельству известного статистика Константина Есенина, По-старому в финальном матче было зафиксировано 34 удара по воротам сборной СССР, 32 – по воротам югославов. Надо полагать советские футболисты подали 7 угловых, югославы – 9. Что и говорить яшин вступал в игру 69 раз, вратарь югославов Виденич – 60.
Комментариев нет:
Отправить комментарий